В больницах по всей Беларуси плачут малыши-сироты, а взять их на руки некому

В больницах по всей Беларуси плачут малыши-сироты, а взять их на руки некому

Десятимесячную Диану привезли в больницу голую, грязную, завернутую в обмоченный пододеяльник. Мама ее бросила, и девочка уже месяц лежит одна в больничном боксе и плачет. Пожалеть ее некому. Малышку лечат и кормят, но никто не берет ее на руки. Никто с ней не играет, потому что в штатном расписании больницы не предусмотрена должность няни, а медсестры и врачи не успевают уделять достаточно внимания всем брошенным детям. В отделении их бывает до 15 человек одновременно, и каждого надо обследовать, провести процедуры, покормить, умыть, переодеть. На большее — общение, ласку, внимание — просто не хватает времени.

 

Когда Диана поступила в Борисовскую инфекционную больницу, она была голодная и истощенная. В свои десять месяцев весила как полугодовалый ребенок — всего 7150 грамм. В квартире, откуда забрали девочку, было несколько нетрезвых мужчин. Где была ее мама — неизвестно.

 

— Девочка находится у нас уже месяц, и никто из родных к ней не приехал, не поинтересовался ее судьбой, — говорит заведующая детским отделением Борисовской инфекционной больницы Елена Чернова.

 

Маме Диана не нужна, и социальные службы оформляют документы, чтобы отправить малышку в детский дом.

 

Таких, как Диана, с каждым годом становится больше. За весь прошлый год в Борисовской больнице побывало 19 изъятых у родителей малышей, а за семь месяцев этого года — уже 22. И только единицы отправились обратно домой к родителям или другим родственникам, оформившим опеку. Большинство деток до трех лет отправляют в дом ребенка, старше трех — в социальный приют.

 

Каждый ребенок, прежде чем попасть под опеку, в социальный приют или дом ребенка, должен получить статус «лишенного родительского попечения», пройти обследование и дождаться оформления всех документов, а процесс этот довольно длительный. Всё это время малыши находятся в больнице. Тут им положено только койко-место и питание.

 

Никто не должен с ними гулять, успокаивать их, заниматься с ними. Они — будто невидимки.

 

Они очень любят своих мам, какие бы они ни были. Плачут, зовут

 

Выход из этой ситуации — нанять для ухода за этими детьми социальных нянь. Только в штатном расписании больницы они не предусмотрены, и рассчитывать можно лишь на помощь общественных организаций. Два года назад идею больничной няни для детей, которые остались без родителей, привезла из Санкт-Петербурга волонтер Красного Креста Софья Белявская. Там социальные няни в детских больницах работают уже несколько лет, а оплачивают их работу благотворительные организации. В Беларуси первая социальная няня появилась в Гродно, ею стала Жанна Заблоцкая. Когда деньги на оплату ее труда закончились, Красный Крест объявил сбор пожертвований на проект «Няня вместо мамы» через краудфандинг. Читатели «Имен» так прониклись проблемой, что буквально за две недели собрали деньги на год работы не одной, а сразу семи нянь. И весь прошлый год, благодаря собранным пожертвованиям, няни работали в больницах не только в Гродно, но и в Лиде, Слониме, Новогрудке.

 

Чтобы понять, какая разница — есть рядом с брошенным ребенком няня или нет, — просто взгляните на эти видео. Мы сняли их в больницах Борисова и Гродно с разницей в один день.

 

В Борисовской инфекционной больнице няни нет. Когда маленькая Диана плачет, подойти к ней может только медсестра. Но она не может взять малышку на руки, чтобы просто успокоить. Ей некогда. Ведь надо успеть выдать лекарства и провести процедуры со всеми детьми в отделении, неважно, с мамами они лежат или без.

 

В двух больницах Гродно няни есть. В областной детской клинической больнице лежит двухлетняя Милена, над ней бабушка оформляет опекунство, а пока за девочкой присматривает няня Олеся. В инфекционной клинической больнице лечат шестимесячную сироту Милану, о ней заботится няня Людмила. И там не слышно детского плача. Не потому что мы выключали камеру в те моменты, когда дети пускали слезу, нет. Это была честная съемка. Просто слез действительно не было — ведь рядом с детьми были люди, которые заботились о них. Брали на ручки в нужный момент и успокаивали раньше, чем детки успевали расплакаться.

 

Двухлетняя Милена боится посторонних людей и как можно сильнее прижимается к няне Олесе. Только ей доверяет девочка. А еще бабушке, которая навещает ее каждый день и обещает скоро забрать. Мама девочки пропала на две недели, и бабушка была вынуждена вызвать милицию, чтобы оформить опеку над внучкой.

 

Поэтому девочку неделю назад привезли в инфекционную больницу для обследования, а потом социальные службы будут решать вопрос с опекой. Но маленькому ребенку тяжело понять, почему она должна быть в больнице, а не дома с родной бабушкой.

 

— Сейчас она уже немного адаптировалась, — говорит няня Олеся Таранова. — В первые дни, когда я уходила, Милена могла зубами вцепиться в мой халат, и медсестры просто отрывали ее от меня. Сейчас уже лучше.

 

Олеся уже год работает социальной няней. Она заботится о малышах, у которых нет родителей, играет с ними, читает книжки, ходит с ними погулять на улицу. А еще часто берет их на руки, жалеет и помогает им пережить сложный этап в их жизни — разлуку с родителями.

 

— Они очень любят своих мам, какие бы они ни были. Плачут, зовут, — рассказывает Олеся. — Это очень тяжело видеть, до слез. Мне безумно жалко этих детей. У меня есть мама, которая дала мне всё, чтобы я стала хорошим человеком. А этим детям никто этого не даст. И так получается, что потом эти дети повторяют судьбу своих родителей. Это какой-то замкнутый круг, который я не знаю, как разорвать, как им помочь.

рейтинг: 4 из 5, голосовало 3